Тексты | Ржавая подкова

Вольный Ветер, №69, весна 2005 г.

...Из всех путешествий, уготованных нам жизнью, самое важное и интересное - отправиться в путешествие внутрь самого себя, исследовать неведомую часть себя самого.

Фредерико Феллини

Два сантиметра жизни

Аня Овсянникова (Зверева)

Хабю

На подъездах сломалась машина. Не сломайся она, кто знает, как было бы. Впрочем, случайностей не бывает, значит, так было надо. Местные жители сказали: "Как хорошо, вы нам солнышко привезли, была плохая погода, а теперь солнышко". Да, но вот нам-то солнышко совсем ни к чему, если солнце - будет таять снег в горах, значит вода. Никто не предполагал, что воды будет так много. Добрались до места во второй половине дня, вечером решили в пещеру не идти, уже поздно, отнесли часть груза к входу, не спеша разобрали подводное снаряжение, проверили, вроде все в порядке.

Утром 2 марта легко завтракаем (перед погружением много есть не стоит), под камушками оставляем вещи, которые в пещере ни к чему, пусть тут ждут нашего возвращения. Начинаем выход. Красиво. Солнышко, весна, птички, цветочки, горный воздух. Неужели еще только начало марта? Тепло, градусов 18.

Так вот она какая, Хабю! Из-под каменного свода вытекает широкая чистейшая река, натеки, фактически, на улице. А может дальше-то и не идти?

Углубляемся на 100 метров, и вот он, первый сифон. Проверяем еще раз подводное снаряжение, все в норме. Первым уходит Сережа Белоусов, он старший и самый опытный, рядом с ходовиком через сифон прокладывает веревку. Нам, птенцам, так проще и спокойнее, все-таки первое погружение в пещере. И, кроме того, передаем по веревке транспортные мешки, здесь их можно передать, а не плыть с ними. Ну вот… Ушел Серега Ружьев, моя очередь. Еще раз проверка аппарата, все в норме, вдох, обжалась, ушла под свод, взмах ластами, свет … ой, а он и в самом деле небольшой, этот первый сифон. Вот и Кирилл сзади подошел.

Но это первый, а что же дальше? Мы знаем: второго сифона иногда его и нет вовсе, а просто полузатопленная галерея. Иногда он закрыт - вода доходит до потолка, и без подводного снаряжения его не преодолеть. С замиранием сердца идем к нему.
- Я вас поздравляю, - говорит Серега Ружьев. Сифон закрыт.
Но возвращаться обратно обидно, весь груз здесь… Кроме того, ведь мы за этим и шли. Глубокий одновременный вздох… что ж, идем. Только здесь сложнее, сифон длиннее, конфигурация позапутанней, мешки не передашь. Уходит Сережа Белоусов с веревкой и мешком, уходит Серега Ружьев с грузом, моя очередь. Ой! Свет в воде. Вернулся Серега.
- Что случилось?
- Да ничего, просто мы решили с Белоусовым, что вам ни к чему по одному в этом сифоне идти, идем двойками.
- Хорошо, я готова.
Опять то же: рабочая проверка, все в норме, вдох, обжалась, ушла под свод, взмах ластами, впереди транспортные мешки, рядом Серега, да, действительно длиннее, чем первый, похоже и глубже, продуваю уши, резкий поворот под скалой, свет. Прошли. Улыбается Белоусов: "Как вы?" - "В порядке".

Грохот воды резонирует в большом зале, как будто едут тепловозы, ветер, водяная пыль. Так, за сифоном еще Кирилл остался, нужно идти за ним. У меня в баллонах больше всех воздуха, переглядываемся: "- Можно я попробую" - "Ты уверена?" - "Ну, на сто процентов уверенной быть нельзя, но я бы хотела попробовать". - "С Богом" ... Ухожу под свод, туда, мешки, обратно. Вышли. … Опять грохот воды, в течении сложно встать в баллонах. Смотрю на манометр. Ого, за эти два прохода 100 атмосфер "скушалось", осталось всего 50!..

А сейчас нужно двигаться к подземному базовому лагерю - ПБЛу. Смотрим на часы. Оказывается, уже около десяти вечера; вроде и не "тормозили" нигде, а время ушло. В сифонном канале сильный поток воды, но другого пути к ПБЛу нет, нужно идти. Первым двинулся в галерею Серега Ружьев с веревкой. Без трансов - с ними в таком течении не пройти. Ждем. Где он? ... Ага, потянулась веревка. Но непонятно, то ли он идет дальше, то ли ждет передачи трансов. Ждем еще. Пойду я за Серегой, непонятно, что у него там. Ох, как в анекдоте, "я сильный, но очень легкий", потоком воды меня просто вымывает из этой галереи, а заодно смывает транс, который я не сумела удержать. Его вылавливает Кирилльчик. Ну я и растяпа! Вторая попытка - идет Белоусов. Он старше, опытнее, сильнее, и он проходит. Ждем. Грохот воды. Стихия прекрасна! Возвращаются оба Сереги. Принято решение - не идти сегодня до ПБЛ … Течение сильное, все устали времени часа 2 ночи. А здесь в небольшом зале, на дне которого сифонное озеро, почти под потолком есть полка. Ее не должно заливать даже при высоком уровне воды. Устраиваем ночлег: ужин, спальники, "пенка", майлар (пленка, в которую заворачиваемся, чтобы сохранить тепло) - и стараемся под этот грохот воды, эти маневры тепловозов уснуть. Измотанные организмы просят отдыха, вытягиваемся на полочке и, наконец, засыпаем.

Паводок

Вы не пробовали спать в кузнечном цехе в разгар рабочего дня? Занятно, кстати, опять же, полезно для формирования личности. Так вот всю ночь … или утро (непонятно, что там) каждый из нас сквозь сон прислушивался к грохоту водопада. Провалившись в очередной раз в какое-то беспамятство, а потом вывалившись из него, я понимаю, что грохот стих, журчит ручеек под боком. Перебрасываемся парой фраз, что-то типа, что потише стало, значит, водички поменьше и надо вставать, идти в ПБЛ - галерея наверняка открыта. Тут слышим Серегин возглас: "О-опс!.." Вот почему стихло! Оказывается, просто грохотать негде, все пространство заполнено водой. Хм… До ПБЛ не пройдем, галерея закрыта, ходовика там нет. Мне выходить на "полтиннике" почти нереально - этого воздуха слишком мало, чтобы одолеть обратную дорогу. Вернее, рискнуть можно, но нужно ли? Тем более, уровень поднялся, значит, сифон стал длиннее и глубже. Значит, кому-то надо сходить за запасными баллонами, которые на всякий случай лежат у входа в рещеру. И вот он, тот самый "всякий случай", наступил. Сережа Белоусов готовится к погружению. Почти готов.

А дальше - конец спокойному повествованию, следующие двое суток нервы у всех - как струны. Потоком срывает ласту у Белоусова. Сергей с трудом, против течения, возвращается. Первое правило подводника: не нырять, если не уверен в своих силах. Попытка номер 2. Сережа ушел, надев одну из наших ласт. За ним уходит Ружьев. Контрольное время - 3 ночи. "Если я не вернусь, прорывайтесь в ПБЛ". Это так, для успокоения, - понятно, что в ПБЛ не пройдешь, слишком сильный поток. Начинаем собирать трансы, что бы все было готово к выходу, и потом на это не тратить время.

Вода не просто прибывает, а на глазах заполняет наш зал. Тепловозы едут над головой и по голове, давление растет, резкая боль в ушах… Надеваем аппараты и соображаем, что еще 15 минут, и зал будет затоплен полностью, тогда останется один шанс - русское "Господи, помоги" и выход из сифона на полтиннике и с одной ластой. Сидим или лежим... скорее валяемся в аппаратах и следим за уровнем, пока еще есть надежда … на чудо. В зрачках отражается пена в сифонном озере и кусок веревки над водой
- Если вода поднимается до этого места - делаем отметку в пятнадцати сантиметрах ниже нас, - тогда ныряем.

Чудо! Вода остановилась. Не дошла двух сантиметров до нашей планки. Тут поверишь в мистику. Аппараты не снимаем … Настало контрольное время. Что с ребятами?... Прошло еще 2 часа. Вода остановилась, даже упала сантиметров на 10. Аппараты не снимаем. Если повторится, мы просто не успеем их надеть. Уже утро, 8 часов. Вода спадает. Снимаем аппараты. Надо поесть. В горелке газ горит красным цветом: мало кислорода. Ждем. Ждать безумно сложно, пойду я боковой ручеек посмотрю.
- Что ты там ковыряешь? - это Кирюха.
- А мне интересно - ручеек-то журчит, и куда-то вниз. Может, я что-нибудь расковыряю?
- Глупенькая, этот ручеек к нам в сифон журчит.

Сил спорить нет. Вода спадает. Снимаем гидрокостюмы; cейчас день, вода пока не будет подниматься, можно передохнуть. Если это можно сделать, когда газ горит красным и нет ребят. Сон? ... нет, скорее то же тяжелое забытье, каждые полчаса проверяем уровень воды. Все-таки спадает! 10 вечера - поднимается ветер, становится холодно. Но как это чудесно: значит, вода остановилась. Пик паводка вчера был около 24.00, до этого времени ждем …

- О чем ты думаешь?
- А ты о чем?
- О ребятах?
- Смотри, какое сифонное озеро красивое - пытаемся шутить, - сейчас Шумейко всплывет или Павлуха придет.

Так шутили в прошлом году на Алеке, когда работали за сифоном. Андрей Шумейко - это известный подводник, Павел же - наш друг, они как раз сейчас свою экспедицию заканчивают и сразу к нам на подмогу - сифоны открывать. А в голове все тот же маятник: время, ребята, аппараты… Ждем … Надо попить. Кирилльчик засыпает, а я не могу. Прочищаю карбидку медленно и с наслаждением, потом перетряхиваю, зажигаю. Пламя белое-белое, такого я никогда не видела. Смотрю на него. Закрываю глаза, а пламя не пропадает, синее пятно перед глазами. Проваливаюсь будто в синий туннель, впереди стены в натеках. Открываю глаза. Стены нашего зальчика … без натеков. Время 4 часа. Вода спадает. Значит можно теперь подремать. Карбидка гаснет, я засыпаю, словно проваливаюсь куда-то.

Выход

Трехэтажный… нет, десятиэтажный мат. "Живые!" Не люблю мат, но он сейчас, как музыка. Это Серега. "Серега, где вы, что было?" - "Знаешь, мы прошли нормально, но тут начала прибывать вода. И появился третий сифон. Его НИКТО и НИКОГДА там не видел... Без ходовика в таком течении было не выплыть.

Эмоции в сторону, надо выходить. Собираем вещи, готовимся к погружению.
- Возьми поесть, мы там сидели между сифонами без еды, очень хочется чего-нибудь в рот закинуть.

(Потом посчитаем, что сидели Сереги между сифонами около 32 часов, без еды, "пенок", с минимумом карбида, из вещей только ласты и пустой транспортный мешок). Запихиваю под гидру банку рыбы. Погружаюсь. Течением вырывает загубник изо рта, возвращаюсь, поправляю загубник, оглядываю наш зал … может, вернемся когда-нибудь? Ухожу под свод … Ага, Кирюха впереди. Он - герой, еще и с трансом плывет, я-то уже не в состоянии, с трансом просто падаю. "Я сильный, но очень легкий". Проходим наши сифоны, теперь их опять два. Виден выход из пещеры. Улыбаемся, вроде все закончилось. Сережа Белоусов предупреждает: "там нормально везде, только в одном месте течение сильное". Киваю, что поняла. Иду не спеша, смотрю на солнышко. И вот оно - это самое место: несмотря на попытки удержаться за скалу, меня все-таки смывает течением и выносит на середину зала. В общем-то, там не глубоко, ребяткам по шейку … а мне с головой. Баллон закрыт, в руках ласты, бросить не могу - чужие, вот и пробуй выплыть, в грузовом-то поясе … Делаю рывок наверх и истерично ору - "Серега-а-а-а!" Набираю воздуха в легкие, погружаюсь опять под воду и соображаю, как бы мне доплыть до стенки, помню, что там мелко, и я смогу встать. Вот и Серега рядом, выплываем. Это такой дружеский подзатыльник от пещеры напоследок… Ну теперь точно все. Русский экстрим закончился.

Опыт

Наверное, спорт - дело опасное … Наверное, лучше крестиком вышивать. Правда одна сказочная царевна так вышивала, что потом все царство страдало. И, наверное, каждый из нас четверых, кто попал в этот паводок, заглянул внутрь самого себя. Было страшно: за себя, за тех, кто был по другую сторону сифона, за тех, кто нас ждет. В то, что плохое может случиться, никто не верил, и гнал эти мысли от себя, это я знаю точно. Но иногда накатывал подлый страх, который неподконтролен сознанию, такой, на уровне инстинктов, который можно побороть только собрав вместе волю, разум, веру. Справились. Кто-то из философов говорил, что человек должен быть таким: сверху мягок и податлив, а внутри твердый стержень. Каждый из нас узнал, что он может и какой у него стержень. Получил бесценный опыт. Опыт в воспитании сознания, опыт в организации поездок такого рода. Короче, можем, если захотим. Кстати, трансы по-другому шить надо, да и баллонов лучше брать все-таки по два...

Тексты | Ржавая подкова